+7 495 642-88-66

Дневник Ирены Харазовой: День восьмой. Переход на 3200 метров

 23:00 лежу в палатке, утопленной в болоте, идёт дождь, наши вроде как спят, а папуасики вот уже третий час как исполняют какие-то ритуальные танцы-пения. Не знаю, как они по традиции заканчиваются, может поеданием белого тела? Но ... читать больше

 23:00 лежу в палатке, утопленной в болоте, идёт дождь, наши вроде как спят, а папуасики вот уже третий час как исполняют какие-то ритуальные танцы-пения. Не знаю, как они по традиции заканчиваются, может поеданием белого тела? Но поют красиво, как грузинское многоголосие.

Но ни один из нас не ходил посмотреть в эту газовую камеру, чем выше идём, тем сильнее жарит огонь в их палатке. У них, наверное, объём лёгких по 10 литров.

 

Утром, вижу один старик-годовик, ростом с 8-летнего ребёнка бегает с духовым ружьем, на кого-то охотится. Попросила показать, он показал каких-то страшно тощих и пегих маленьких воронят. Три штуки наловил и сразу крыло сломал, чтоб не слиняли от него. Я рассказала об этом Кравту, после чего пошли фотографироваться с птицами. Приходим, а дед уже отдал женщине добычу, а она им по живому дергает перья, даже не умертвив, и как мы потом уже видели на маршруте, в сыром виде их едят, этакое карпаччо из вороны.

 

Шли опять по сказочным лесам, с исполинами, чьи ветки полностью заросшими мхом сверху спускаются до земли , создавая иллюзию живой аркады. У меня скоро выработается клаустрофобия. Раз в 5-6 часов мы выходим на какую-либо поляну, и тут хочется остановиться и надышаться.

 

Вонь в лагере стоит повсюду удушающая: от папуасов, от друзей по команде, от меня. Такого даже на Мак-Кинли не было. Сегодня при подходе в лагерь была ледяная река, постирала в ней кофту. Сразу полил дождь, очевидно, что ничего не подсохнет, опять отдала сушить на костёр, вернули с запахом копчёностей.

 

Нас разделили на две группы, так как по версии Абрамова, подобных черепах он ещё не встречал, и мы уже на день опаздываем от графика, сегодня только дошли до второго лагеря, а должны были быть в третьем. Шли 5:30 часов, довольно комфортно было, особенно повезло с погодой, но стоило прийти в лагерь и полило как из лейки. К слову о лейке, почему интересно все время рекомендуют комнатные цветы не заливать водой? Мол, корни сгниют??? Тут такие корни, что мы по ним как на карнизе 2 метра от земли скачем.

 

Абрамов уже начал стращать, что в случае, если мы так будем ползти, то нам не хватит еды для полной экспедиции. Делаю вывод: не хватит нам, не хватит и папуасам, со всеми вытекающими из этого последствиями... пошла спать под их аккомпанемент…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ольга Румянцева: За швейцарским сыром по стопам Суворова

Любите ли вы сыр так, как люблю его я?Ну, я-то ладно. А вот любите ли вы сыр, как его любит наш пёс Плюша?Да? Тогда на эту картинку вам лучше не смотреть.Мы по-прежнему продолжаем следовать по пути Суворова. И сегодня у нас в программе ... читать больше

Любите ли вы сыр так, как люблю его я?
Ну, я-то ладно. А вот любите ли вы сыр, как его любит наш пёс Плюша?
Да?
Тогда на эту картинку вам лучше не смотреть.



Мы по-прежнему продолжаем следовать по пути Суворова. И сегодня у нас в программе перевал Кинцинг Кульм.

Суворов изначально не планировал переходить через него. Так получилось. А заодно получилось так, что армия подошла к перевалу практически без провианта. Поэтому что могли они добывали у местных жителей.
Насколько эти жители добровольно делились с доблестной армией, история умалчивает.

Ну вот и мы следуя маршрутом и заветами Суворова на перевале вступили в продовольственный контакт с местным населением.

Но это было уже на спуске, а начинать приходится конечно же с подъёма.

Выехав из городка Бруннен, мы проехали мимо городишка Альтдорф с памятником мифическому швейцарскому герою Вильгельму Теллю.

Затем, как истинные тру треккеры, поднялись на канатке в весьма древних вагончиках. А затем всё-таки как это ни странно, пошли пешком.



Вот меня спрашивают: а стоит ли ехать сюда, что здесь с красотами и прочими природностями?
Два дня я подбирала слова, чтобы ответить на эти вопросы.

Каких-то особенных красивостей для людей видавших виды в горах здесь не будет.
Так что рваться именно сюда, именно на эти тропы наверное не стоит. Если вы только не фанат Суворова.

Но наблюдая за людьми первый раз попавшими в горы, на то как они крутят головами и непрерывно щёлкают фотоаппаратами, я понимаю, что здесь красиво.
Здесь можно совершать приятные комфортные треккинги, каждый вечер спускаясь в цивилизацию. Да-да. Есть люди, которые любят, чтобы было так.

Так что если вы вдруг решите отправиться в горы и попробовать там потрекать, или вдруг окажетесь рядом и при наличии пары свободных дней захотите провести их в активной ходьбе по горам, то это очень неплохой вариант.

Я и сама получаю огромное удовольствие разгуливая по этим тропам и перевалам. И не забываю щёлкать фотоаппаратом.






От канатки до перевала нам нужно было набрать 400 метров.



Облака то расходились, показывая нам кусочки красоты, то окутывали всё туманом, напуская таинственности.






При чём зачастую смена окружающей действительности происходила очень быстро.
Только задумаешься глядя на красивую гору, доставать фотоаппарат или нет, глядь, а уже и не за чем его доставать.

А потом - раз - и опять красоты нарисовались.









Так незаметно разглядывая пейзажи за облаками мы подошли к перевалу.



А что там у нас на перевале?



Ну конечно - Суворов.



И красивые виды, периодически открывающиеся из-за облаков.









Фотографируемся ибо без фотографии перевал не засчитывается.



И уходим вниз в Мутенскую долину, где истощённая и измождённая русская армия попала в ловушку.

18 (29) сентября в трапезной женского францисканского монастыря Св. Иосифа собрался военный совет. Речь Суворова, записанная со слов Багратиона, произвела на всех огромное впечатление:

«Мы окружены горами… окружены врагом сильным, возгордившимся победою… Со времени дела при Пруте, при Государе Императоре Петре Великом, русские войска никогда не были в таком гибелью грозящем положении… Нет, это уже не измена, а явное предательство… разумное, рассчитанное предательство нас, столько крови своей проливших за спасение Австрии. Помощи теперь ждать не от кого, одна надежда на Бога, другая — на величайшую храбрость и высочайшее самоотвержение войск, вами предводимых… Нам предстоят труды величайшие, небывалые в мире! Мы на краю пропасти! Но мы — русские! С нами Бог! Спасите, спасите честь и достояние России и её Самодержца!.. Спасите сына его…» Старший после Суворова генерал Дерфельден от имени всей армии заверил Суворова в том, что каждый выполнит свой долг: «Всё перенесём и не посрамим русского оружия, а если падём, то умрём со славою! Веди нас, куда думаешь, делай, что знаешь, мы твои, отец, мы русские!» — «Благодарю, — ответил Суворов, — Надеюсь! Рад! Помилуй Бог, мы русские! Благодарю, спасибо, разобьём врага! И победа над ним, и победа над коварством будет победа!»







И вслед за этим состоялось самое кровопролитное сражение за весь поход, где русская армия одержала победу.



Мы тоже одержали свою маленькую победу, спустившись вниз.
Конечно нехорошо сравнивать наш скромный треккинг с героической историей русской армии. Но, поверьте мне, многим этот переход дался нелегко.









А внизу нас ждал сюрприз в виде очередной стаи коров и продуктов их жизнедеятельности.



Не тех, которые мы весь день старательно обходили на тропах, чтобы не запачкать ботинки. А гораздо более приятных.

Милая девушка, взрощенная на парном молоке и домашних сырах пустила нас в закрома фермы.



К вечеру мы вернулись в Бруннен.

А что Бруннен? Очередной швейцаро-штамп: озеро, горы, городок.



Озеро, правда, самое большое в Швейцарии.



Так же знаменит тем, что именно здесь музей знаменитых швейцарских ножей.



Но знаете, штампы - это не всегда скучно. Иногда это ещё приятно. Когда всё понятно до безобразия, всё привычно на уровне интуиции.

И никуда не надо бежать, чтобы увидеть что-то такое от чего можно будет восхититься и что ну вот никак нельзя пропустить.

А можно сидеть на берегу озера на ступеньках набережной и никуда не спеша слушать плеск волн, пить кофе и есть мороженное.



Когда-нибудь, когда я всё-таки состарюсь и засяду за мемуары, я приеду сюда, чтобы в тишине и покое начать описывать свои бурные приключения.